Дорогая Венди / Dear Wendy (2005)
Дорогая Венди / Dear Wendy (2005)
Сценарист — Ларс фон Триер,
оператор — Энтони Дод Мэнтл,
композитор — Бенджамин Уоллфиш и группа The Zombies.
В ролях: Билл Пуллман, Марк Веббер, Тревор Купер, Мэттью Геци и др.
Московский международный кинофестиваль — Серебряный св. Георгий в номинации лучший режиссер (2005).
Интересные факты о фильме:
- оба автора просили не искать в фильме посыл против ношения оружия в Америке и вообще любой противооружейной тематики.
Мор: Неразделенная любовь к оружию
Влюбиться в старую пушку, из которой стреляешь, — правильно. Желать из нее "пули навылет", разламывающей кости, рвущей ткани, — романтично-глупо. Но только до тех пор, пока ты не ответишь за слова. В маленьком городишке, где нет роковых женщин, а есть только шахтеры и старые, пахнущие нафталином магазины, остается любить оружие. История о группе неудачников, которые решили играть в пацифизм с огнестрельными ранениями, в свое время вызывала у меня смесь несерьезного злорадства и искренней радости. В фильме подобралась команда, вызывающая ухмылку, — интеллигентный неудачник, девчонка, больше похожая на дух магазина, прыщавый инвалид, малец и рецидивист-негр, который учит заигравшихся юнцов жизни. Дик сразу стал лидером, почувствовав возможности; он слаб, но умен, и вот уже "денди" собираются в заброшенной шахте, устраивая костюмированные шоу, читая книги про раны и глядя на экран, где мистер патологоанатом рассказывает особенности сквозных отверстий в хрупких человеческих телах. Чистая любовь к оружию? "Чистый" — это слово всегда опровергало любую мечту.
основная тема фильма — Zombies "Time of the seasons"
Александр Руденко: Спасение рядовой бабушки маленьким большим человеком
Изящная деконструкция голливудских киномифов плюс искусное, утонченное издевательство над пафосными голливудскими "макгаффинами", мотивацей персонажей из классических жанровых кинолент, сценарными несостыковками, расхожими штампами жанров/поджанров и т.п. — причем, настолько искусное, что все критики, привыкшие во время просмотра фильмов, что им двести раз растолкуют словами и образами простейшие вещи и не замечающие элементарных дыр в структуре повествования (не говоря уж о невосприятии ими всяких художественных средств, "кинотропов"), не заметили всего этого и здесь, восприняв фильм буквально, как обычную, последовательно рассказанную историю с простой и незатейливой аллегорией, эдакую басню Крылова. Пародийность не замечена, ведь это не "Голый пистолет" или "Горячие головы" или даже "Типа крутые легавые". По сравнению с "Дорогой Венди" все вышеперечисленные фильмы, как Петросян по сравнению с Марком Твеном. Впрочем, никто с этими фильмами, конечно же, и не сравнивал — тут же не комедия, а трагедия! Все зациклились на поверхностоной трактовке, вроде "критика американского поклонения оружию", "ах, в каком мире мы живем, что подросток может самоутвердится лишь с пушкой в кармане" и т.п. На фильм понаклеивали нелепых идеологических ярлыков вроде "антиамериканщины" и даже "расизма"! Какой бред. Беда в том, что эти несчастные кинокритики живут в тупом одномерном мире телевидения и газет, в мире политики и всякой социальной хуйни, а не в мире литературы и искусства. Датчане решали чисто художественные задачи, а не занимались каким-то там агитпропом или нравоучениями. Эти крититки считают синкретический пастиш тарантины постмодернизмом, а когда им попадается настоящий образец в котором "экспериментальность" не выпячивается, а впаяна в "традиционность" — то бишь реальный постмодерн, растворивший в себе мэйнстрим и авангард, их клинит. Им подавай или мэйнстрим, или авангард. Другого не дано. Нет в фильме каких-то нетрадиционных, бросающихся в глаза формальных изысков, значит мейнстрим. Они смотрят фантасмагорию как "реальную историю" в "стилизованных декорациях". И совершенно не замечают явных — явнее некуда — нарочитых — нарочитее некуда — несостыковок, ибо глаза замылены таковыми, но непреднамеренными во всех этих "классических" и "эпохальных" фильмах "про жизнь". Старичок Роджер Иберт поставил фильму 1,5 из 4, побрюзжав, что эти европейцы издеваются над американскими ценностями и обвинив авторов в. расизме. Ему не понравилось, что единственный негр в фильме "конечно же бандит". Иберт как-то проморгал, что (даже если воспринимать историю буквально, как он это и делал) макгаффин фильма — спасение негритянской бабушки, а "бандит" все же гораздо менее бандит, чем все белые, ибо призывал всех опомниться и сам не носил оружия, и даже на финальную перестрелку, "на смерть", пошел без такового. Зато Иберт поставил высший балл "Криминальному чтиву", где ебут в жопу чернокожего босса мафии. Там он ощущает "литературную игру", в этом фильме — нет.
Владимир Гордеев: "Бойцовский клуб" лайт
Повествование ведется от лица аутичного подростка по имени Ричард. Он считает себя неудачником, ходит сгорбившись, не желает работать в шахте (хотя живет в шахтерском городке), да, и в целом, он прав — он полное чмо! Все меняется, когда ему в руки случайным образом попадает настоящий пистолет. Одно осознание того, что он является владельцем оружия и может воспользоваться им в любой момент, наполняет Ричарда уверенностью в себе. Вместе с коллегой по работе, у которого тоже есть пистолет, Ричард собирает ровесников, отъявленных лузеров городка, и в заброшенной шахте основывает клуб, храм, общину — называйте это как хотите, но у этой компании есть свое название: "Dandies". Это община пацифистов. Просто оружие дает им уверенность в себе. Они становятся нормальными, раскрепощенными людьми, которые, что естественно для нормального человека, не желают причинять вреда другим людям. Но мораль фильма такова: "если тебе в руки хотя бы раз попало оружие, то когда-нибудь ты обязательно наставишь пушку на человека и нажмешь на курок". Автор сценария, Ларс Фон Триер, в своем репертуаре: позитивное начинание оборачивается трагедией (потому что мир говно и люди в нем говно). Сценарий изобилует недочетами, натяжками и недомолвками. Бедолага Томас Винтенберг, подельник Триера по "Догме", похоже, не знал толком, что ему делать из этого сырого матерьяла — комедию или драму. В результате получилось ни рыба, ни мясо. Причем, возвращаясь к сценарию, остановлюсь на одной характерной детали: Триеру так хотелось, чтобы в конце фильма обыгрались на новом пианине классические пьесы в жанре "вестерн", что он пожертвовал всем: и логикой, и правдоподобием, и элементарным здравым смыслом. Вместо того, чтобы оцепить шахту, где скрываются подростки со "спасенной рядовой бабулей ТМ", полицейские столпились на главной площади городка, ожидая, что подростки заявятся туда сами (так, конечно, впоследствии и случилось. Мотивация подростков понятна, но взрослых — нет. Это абсурд, идиотизм). Ну и, конечно, чернокожая бабуля, впавшая маразм… Она явно из какого-то другого фильма. Или даже мультфильма. Например, из "Южного парка".
Добавлю еще, что "Дорогая Венди" сделана в том вялом, неинтересном стиле, который свойственнен большинству фильмов, которые о подростках, но предназначены для взрослой аудитории.
Дмитрий Савочкин: О любви. Мальчика и мальчика.
Я думаю, дело было так.
Винтерберг ему возразил:
- Что ж тут оригинального?
- Ты послушай, — сказал фон Триер, — есть такие фильмы классических жанров, которые сохраняют все жанровые элементы, но при этом меняют какую-нибудь мелочь. Вот, например, был такой фильм Куросавы "Бездомный пёс". Так вот, классики от кинокритики считают, что это нуар, хотя там нет одного обязательного элемента — роковой женщины. Так вот, они считают, что роль роковой женщины там сыграл пистолет. Представляешь? Пистолет!
- Что ну?! Мы с тобой снимем кино, в котором будет история любви, верности, предательства и убийства — но только между пацаном и. как думаешь, кем?
- Девкой? Нет, нет, погоди, я понял — другим пацаном!
Need for Speed: Most Wanted 5-1-0 (2006/ PSP/ Русский)
Домашний компьютер для чайников - Сборник видеокурсов (2012)